MatiasBilbao

Никто не ответил на домофон, но дверь всё равно открылась. Тогда я понял, что пути назад уже нет и тот мужчина сделает со мной всё, что захочет.

Он выбрал соседний писсуар не раздумывая. Когда их взгляды встретились в зеркале, стало ясно: оба зашли сюда не только помыть руки.

Все должно было стать лишь алиби, чтобы жена ничего не заподозрила. Я и представить не мог, что окажусь напротив них и не смогу отвести взгляд.

Я ждал голым у оливы, с рюкзаком у ног и телефоном в руке, не подозревая, что та холодная ночь оставит мне во рту два разных вкуса.

Я пришёл на ту вечеринку в плавках, думая, что это будет обычный день с моим парнем. Я и не представлял, что в итоге окажусь на коленях, показывая другому, что именно он теряет.

Я запер дверь на ключ, и это было как щёлкнуть выключателем: впервые я собирался раздеться перед камерой, чтобы кто-то по ту сторону возжелал меня.

Стоило мне придать голосу определённую интонацию — и сын бросал игру, а жена раздевалась. Мне понадобилось две недели, чтобы понять, что делать с такой силой.

Я никогда не хотела выходить в эфир. Пока однажды не доверилась любопытству, и безликий пользователь не попросил остаться со мной наедине.

Они думали, что я сплю. Из коридора я слышала каждое слово, каждый тихий смешок, всё, что они говорили обо мне. И вместо того чтобы возмутиться, я застыла и слушала.

Почти год мы раздевались друг перед другом по камере, не зная, кто мы такие. Когда я вошла в кафе и села рядом с ним, мы оба потеряли дар речи.