Неожиданный обмен в бассейне винного погреба

То, что я сейчас расскажу, произошло на самом деле, и даже сегодня, прокручивая всё в памяти, мне трудно осознать, с какой скоростью ситуация вышла из-под контроля. Это была не фантазия, которую мы месяцами готовили, и не один из тех разговоров, что так и остаются словами. Это была короткая поездка, уединённый дом, изрядное количество алкоголя и открытая в нужный момент дверь.

Меня зовут Андрес, мне около сорока с лишним, рост примерно метр восемьдесят, и у меня уже появилась седина, которую я не утруждаю себя скрывать. Моя жена Лусия ниже меня, у неё пышное и прекрасное тело, широкие бёдра, большие сиськи и нелепая неуверенность в собственной внешности, от которой мне так и не удалось избавить её окончательно. Именно поэтому она всегда сводила меня с ума: потому что не выставляет себя напоказ, не заигрывает со всеми подряд, а когда расслабляется со мной, полностью преображается.

В поездку отправились три пары. Мы, близкие друзья по работе и ещё одна пара, с которой мы, кроме того, проводили немало выходных, поскольку они жили неподалёку. Их звали Нора и Бруно, а третью пару составляли Вера и Симон. Все взрослые, за плечами у каждого много лет совместной жизни и достаточно доверия, чтобы отпускать в адрес друг друга самые непристойные шуточки, не опасаясь, что кто-нибудь обидится.

Загородный дом был просто безумным. Сад, мангал, открытый бассейн и, лучше всего, переоборудованный винный погреб с отапливаемым крытым бассейном, куда можно было попасть через дверь из кухни. Едва мы его увидели, как шутки посыпались сами собой. Мол, надо опробовать его как следует, установить очередь, а ещё лучше спускаться парами, чтобы не мешать друг другу. Всё сопровождалось смехом, но тон уже был таким, что никто не понимал, где заканчивается шутка и начинается серьёзный разговор.

Весь день мы провели в открытом бассейне, пили и лежали на солнце. Я сразу заметил, что Симон не сводит взгляда с декольте Лусии, и странно было то, что вместо раздражения меня это возбудило. Много лет я рассказывал жене о своих фантазиях: увидеть её с кем-нибудь другим или разделить её с кем-то вместе, — всегда не оказывая давления и прекрасно понимая, что она будет поднимать бровь и со смехом называть меня извращенцем. Я думал, что и на этот раз всё так и останется разговорами.

Но в тот день что-то изменилось.

Симон отпустил замечание о том, как трудно не смотреть, когда у женщины такая выдающаяся грудь, а Лусия вместо того, чтобы смутиться, рассмеялась. Нора подошла сзади и схватила её за сиськи поверх мокрого платья, бесстыдно двигая ими, и сказала, что тут любой отвлечётся. Лусия покраснела, да, но не отстранилась. Я почувствовал, как мой член растёт внутри плавок, словно я снова стал ёбаным подростком.

Вечером продолжились вино, бокалы, а разговор свернул именно туда, куда всегда сворачивают подобные разговоры, когда никто не хочет первым произнести главную непристойность. Мы начали с ревности, перешли к сексу и закончили тем, что совершенно естественно сравнивали тела, задницы, груди и фантазии — так, что в этом уже не осталось ничего невинного.

— Твоя жена одной только этой грудью уже завоевала половину вечеринки, — бросил Симон, глядя на меня, но не переставая смотреть на Лусию.

— Смотри сколько хочешь, лишь бы потом не остался голодным, — ответил я со смехом.

— Осторожнее с предложениями, — сказала Вера, поднимая бокал.

Лусия впилась в меня странным взглядом — пьяным и одновременно ясным. Потом схватила меня за бедро под столом и сжала мой член сквозь брюки. Она сделала это перед всеми, почти не пытаясь скрыться.

— Ну же, — прошептала она мне на ухо. — Спустись со мной в нижний бассейн, пока я не передумала.

Она поднялась, потянув меня за руку, а остальные принялись свистеть и смеяться. Кто-то крикнул, что у нас есть двадцать минут. Я спустился следом, всё ещё не веря, что это та самая женщина, которая не снимала верх от купальника, даже когда мы оставались одни в затерянной бухте.

Едва мы закрыли дверь погреба, Лусия развернулась и жадно меня поцеловала. Это был не нежный и не робкий поцелуй. Она глубоко засунула мне язык в рот, прикусила губу, а потом отстранилась и начала раздеваться прямо там. Передо мной она осталась совершенно голой — с пылающими щеками, тяжело дыша и глядя на меня так, словно хотела проверить, какое впечатление производит.

— Не смотри на меня так, а то я передумаю, — пробормотала она.

— Если бы ты знала, как я на тебя смотрю, ты бы ни за что не передумала.

Я быстро разделся, и мы забрались в воду. Я обнял её сзади, прижав твёрдый член к линии её задницы, и начал целовать шею прямо под ухом — там, где она всегда теряет голову. Обхватил обеими руками её сиськи и медленно сжал их, пока мои бёдра тёрлись о её зад под горячей водой. Она запрокинула голову и одной рукой нащупала мой член, обхватив его пальцами.

— Блядь, какой же ты возбуждённый, — прошептала она.

— Из-за тебя. Только из-за тебя.

Я развёл её ноги в воде и просунул руку между бёдер. Она была очень мокрой, скользкой, набухшей. Двумя пальцами раздвинул её половые губы и начал короткими движениями тереть клитор, пока она сжимала мой член и тихо стонала. Чем больше я её ласкал, тем сильнее она откидывалась на мою грудь. Я ввёл один палец, потом два и почувствовал, как она засасывает мою руку внутри.

Я усадил её на край бассейна и опустился на колени между её ног. Мне не хотелось медленно заниматься с ней любовью; я хотел её сожрать. Я шире раздвинул ей колени, схватил за бёдра и принялся есть её пизду широко раскрытым ртом — лизал снизу вверх, проводил языком между губами и поднимался к клитору, чтобы пососать его. Лусия резко застонала и запустила пальцы в мои волосы.

— Вот так, вот так... не останавливайся, — приказала она.

Я ввёл в неё два пальца, продолжая лизать. Они входили и выходили мокрыми, издавая тот влажный звук, который всегда сводит меня с ума. Я чередовал движения языка на клиторе с ритмичными толчками пальцев внутри неё, и всякий раз, когда её тело напрягалось, лизал ещё сильнее, не давая ей передышки. Она сама начала двигать бёдрами, тереться вульвой о мой рот и стонать уже без всякого стеснения.

— Я сейчас кончу... блядь, я сейчас кончу...

Я удерживал её ноги раздвинутыми и не останавливался. Чувствовал дрожь в её бёдрах, напряжённый живот, пальцы, тянувшие меня за волосы. Когда она кончила, то прижала моё лицо к своей пизде и издала длинный хриплый стон — такой я никогда не слышал от неё за пределами нашей спальни. Я не отстранился. Продолжал лизать её, пока оргазм сотрясал тело и почти не оставил ей воздуха.

— Еби меня уже, — сказала она сорванным голосом. — Сейчас. Не заставляй меня ждать.

Я вытащил её из воды и уложил на большое полотенце на полу. Раздвинул ей ноги и навис сверху. Схватил свой член, пару раз потёр им у её входа, чтобы как следует смазать, и одним толчком вошёл в неё. Мы оба одновременно издали звук. Она обхватила ногами мою талию, впившись пятками мне в спину.

Я начал трахать её жадно, сильно входя и выходя, чувствуя, как её пизда сжимает меня при каждом толчке. Её сиськи подпрыгивали в такт, и я не мог перестать на них смотреть и хватать их. Прикусил один сосок, потом другой и опустил руку к её клитору, чтобы тереть его, продолжая вдалбливаться в неё.

— Глубже, — попросила она. — Еби сильнее, сегодня я выдержу.

Я послушался. Снова и снова загонял член до самого конца, ударяясь о неё в сухом ритме, от которого полотенце скользило под нашими телами. Лусия хватала меня за задницу, притягивая ближе, словно боялась, что я войду недостаточно глубоко. Её стоны заполняли погреб, отражались от каменных стен и делали меня ещё более зверским.

Я кончил довольно быстро. Возбуждение было слишком сильным. Оставался внутри неё, изливаясь, стиснув зубы и чувствуя, как её пизда пульсирует вокруг моего члена. Потом на несколько секунд рухнул рядом, всё ещё тяжело дыша, и подумал, что на этом наш номер закончится.

Я ошибался.

Лусия легла на бок, улыбнулась как незнакомка и спустилась к моей промежности. Она взяла мой ещё мягкий член у основания и начала неторопливо сосать, проводя языком по головке, по стволу и вылизывая яйца. Я смотрел на неё, не понимая, откуда взялась эта её версия. К тому же, пока она отсасывала мне, двумя пальцами ласкала область между яйцами и задницей, едва касаясь — ровно настолько, чтобы я вздрагивал.

— Сегодня не говори мне останавливаться, — пробормотала она, прежде чем снова взять его в рот.

С проклятым терпением она снова наделила мой член твёрдостью. Когда он стал совершенно стоячим, она забралась на меня и сама насадилась. Медленно опустилась, чувствуя, как он входит, а потом начала скакать на мне. Её пизда раскрывалась и сжималась вокруг моего члена, пока она двигалась вверх-вниз с энергией, которой я не видел в ней много лет. Я держал её за сиськи, щипал соски, а она запрокидывала голову и бесстыдно стонала.

И тут мы услышали дверь.

Она открылась не тихо. Распахнулась настежь, вместе со смехом и шагами, доносившимися с лестницы. Я инстинктивно посмотрел туда, ожидая, что Лусия отстранится или хотя бы прикроется. Она не сделала ни того ни другого. Продолжала скакать на мне, с членом внутри, потная, тяжело дышащая и глядящая им прямо в лицо.

Это были Бруно и Нора. Они пришли голыми. Он держал в руках два бокала, а она смеялась ещё до того, как спустилась с последней ступеньки.

— Простите, что прерываем, — сказала Нора, — но вас слышно наверху, и уже никто не верит, что вы просто плаваете.

— Мы принесли выпивку, — добавил Бруно. — И, если вы не против, компанию.

Они поставили бокалы в сторону и начали целоваться прямо там. Я всё ещё лежал, а Лусия сидела на моём члене, который снова стал совершенно твёрдым. Я смотрел, как Нора запускает язык в рот мужу, гладит его грудь, живот и член. Сцена была настолько близкой, что я почти слышал слюну, когда они целовались.

Лусия наклонилась ко мне, всё ещё двигаясь, и прошептала мне на ухо:

— Пока не кончай. Смотри.

Я подчинился. Бруно лёг на спину на другое полотенце, а Нора опустилась на колени между его ног. Она начала слизывать с него яйца, медленно поднялась языком по члену до самой головки и жадно взяла его в рот. У неё была круглая, упругая задница — прямо просилась под руку. Я смотрел на неё, заворожённый, и Лусия это заметила.

— Рассмотри её как следует, — прошептала она, лаская меня по груди. — Я знаю, что тебя всегда возбуждала эта задница.

От этих слов я онемел. Конечно, она знала, но услышать это именно сейчас ещё сильнее меня взвинтило. А потом она сделала то, что окончательно лишило меня рассудка: слезла с моего члена, подошла к Норе и мягко шлёпнула её по заднице.

Нора повернула лицо, улыбнулась и не отстранилась.

— Ты не против, если он попробует? — с непристойным спокойствием спросила Лусия.

— Если он не стесняется, то и я не буду, — ответила Нора.

Я подошёл сзади, всё ещё не веря происходящему. Нора продолжала сосать Бруно и немного шире раздвинула ноги для меня. Я положил руки ей на бёдра и начал целовать задницу поверх кожи, медленно, потом раздвинул её большими пальцами и провёл языком по анусу. Нора приглушённо застонала, не выпуская член мужа изо рта, и подалась назад, предлагая себя сильнее. Я жадно лизал её задницу, вводил язык внутрь, а потом возвращался к мокрой и раскрытой пизде.

— Блядь... да... продолжай, — сказала она, не отпуская Бруно.

Лусия присела перед ними и с улыбкой отстранила Нору. Затем с такой бесстрашной естественностью взяла член Бруно в рот, что я едва не задрожал. Она начала сосать его от основания, вылизывая весь ствол и почти полностью заглатывая, пока Нора поворачивалась ко мне и брала мой член рукой.

— Посмотрим, правда ли то, что рассказывает твоя жена, — пробормотала она.

Не дожидаясь ответа, она взяла его в рот. Сосала умело и жадно, сжимая губы и глядя на меня снизу вверх. Передо мной моя жена отсасывала другому мужчине, а другая женщина одновременно сосала меня. Голова шла кругом, но тело всё понимало совершенно ясно: я был твёрдым как камень и готов был взорваться.

Нора на секунду вынула мой член изо рта и сказала:

— Он у тебя и правда толстый. Неудивительно, что она так на тебя смотрит.

Она снова взяла его в рот, а я перевёл взгляд на Лусию. Она стояла на четвереньках, зад поднят, пока Бруно вводил ей два пальца в задницу и наклонялся, чтобы лизать её пизду снизу. Моей жене. Женщине, которая со мной тысячу раз устанавливала границы насчёт таких вещей. Я видел, как она стонет, шире раздвигает ноги, подаётся пиздой к лицу Бруно и взглядом умоляет меня ничего не говорить.

— Продолжай... медленно... но не останавливайся, — услышал я её слова.

Нора заметила, что я застыл, глядя на них, и улыбнулась вокруг моего члена.

— Он её подготавливает, — сказала она. — С таким членом ты причинил бы ей больше боли. Пусть сначала он.

Видеть, как другой мужчина засовывает пальцы в задницу моей жены, должно было меня остановить. Но произошло обратное. Я встал позади Норы, поставил её на четвереньки и поднёс член к её входу. Она была настолько мокрой, что головка вошла сама. Я медленно продвигался вперёд, удерживая её за бёдра и чувствуя, как её пизда сантиметр за сантиметром раскрывается для меня.

— Вставь его, — попросила она. — Не останавливайся на полпути.

Я вошёл в неё целиком. Нора низко застонала и упёрлась руками в пол. Я начал трахать её в ровном ритме, притягивая её бёдра к себе при каждом толчке. Её пизда была горячей, тугой и скользкой. Всякий раз, когда я почти полностью выходил, снова загонял член до самого конца. Она поворачивала лицо, широко открывая рот и требуя ещё.

Рядом Бруно уже стоял позади Лусии. Он держал её за талию и понемногу проталкивал головку члена в задницу моей жены. На её лице смешались боль и удовольствие, но она не отступала.

— Медленно... блядь... вот так... не останавливайся, — стонала она.

Я не мог перестать смотреть. Пока трахал Нору, я видел, как Бруно входит в задницу Лусии всё глубже, как она раскрывается и глубоко дышит, чтобы принять его, а потом сама начала подаваться назад, насаживаясь ещё сильнее. Это зрелище уничтожило последние остатки моего самообладания.

Нора кончила первой. Я почувствовал это по дрожи её ног и внезапной силе, с которой её пизда сжала меня. Я ещё несколько секунд жёстко трахал её, пока тоже не кончил, погрузившись в неё до самого конца, вцепившись в её бёдра и тяжело дыша, как зверь.

Когда я немного отдышался, снова посмотрел на Лусию. Бруно уже полностью насадил её на себя сзади и трахал ровным ритмом — без грубости, но и не смягчаясь. После смены позы она лежала на нём и скакала, опираясь на его грудь. Бруно сосал её соски и одновременно гладил одной рукой между ног, растирая ей клитор.

Лусия кончила так — с членом другого мужчины в заднице и рукой того же мужчины, доводившей её спереди. Я видел, как она выгнулась, закрыла глаза, стиснула зубы и всем весом обмякла на нём. Бруно вскоре тоже кончил. Он излился в неё, удерживая за талию.

Несколько секунд слышались только тяжёлое дыхание и шорох тел, лежавших на тёплом полу погреба. Потом мы с Норой забрались в бассейн освежиться. Вода немного остудила меня, но не развеяла неверие. Она подошла ко мне с улыбкой, всё ещё голая, с прилипшими к лицу волосами.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Я даже не знаю, что тебе ответить.

— Это нормально. Когда впервые видишь свою жену с другим мужчиной, это может всколыхнуть многое, даже если ты тысячу раз этого хотел.

Я недоверчиво посмотрел на неё, и она расхохоталась.

— Не смотри так. Мы с Лусией уже много лет говорим обо всём. Она знала, что тебя возбуждает. И знала, что не хочет делать такой шаг одна или тайком. Поэтому всё и должно было произойти именно так: при тебе, со знакомыми людьми и с чёткими правилами.

— Вы могли предупредить.

— Если бы мы предупредили, ты, возможно, две недели всё обдумывал бы и в последний момент отступил. Кроме того, ей нужно было самой убедиться, что она способна на это. И если тебе от этого легче, это не безлимитный пропуск на безумства по отдельности. Только вместе и только если вы оба этого хотите. Она предельно ясно это сказала.

Я кивнул. Я не злился. Я был ошеломлён — это другое. Снаружи всё ещё доносилось эхо: остальные двигались по погребу. Нора коротко поцеловала меня в губы и вышла из воды к Бруно.

Вскоре ко мне подошла Лусия. Она шла медленно, ноги всё ещё слегка дрожали, а на лице смешались смущение, вызов и потребность в моём одобрении. Она забралась в бассейн, обвила руками мою шею и поцеловала меня.

— Ты правда в порядке? — спросила она.

— Да. Удивлён, но да.

— Я боялась увидеть выражение твоего лица и сразу пожалеть обо всём.

— Так не жалей. Ты лишила меня дара речи, но мне безумно понравилось видеть, как ты наслаждаешься.

Лусия прижалась лбом к моему лбу и облегчённо выдохнула. Потом схватила мой член под водой и почувствовала, что он уже снова наполовину твёрдый. Она улыбнулась с такой бесстыдной удовлетворённостью, что я рассмеялся.

— Значит, мы ещё не закончили, — сказала она.

Она подвела меня к краю, усадила и опустилась на колени между моих ног в воде. Снова начала сосать меня — сначала медленно, потом глубже, с почти непристойной самоотдачей. Я убирал волосы с её лица, наблюдая, как две другие пары собираются и уходят наверх, не желая нам мешать и наконец оставляя нас одних.

Когда мой член стал совершенно твёрдым, Лусия вышла из воды, упёрлась руками в край и подставила мне задницу. Она оглянулась через плечо.

— Только не в задницу, — уточнила она с усталой улыбкой. — На сегодня с меня хватит первого опыта. Но трахни меня так, чтобы я видела, где побывал он.

Я раздвинул ей ноги и вошёл в пизду сзади. Сначала медленно, смакуя смесь возбуждения, нежности и грубости этого момента. Потом ускорился. Схватил её за бёдра и начал трахать, глядя, как она раскрывается для меня, как её тело всё ещё чувствительно реагирует, почти дрожа после всего случившегося.

— Тебе больно? — спросил я.

— Заднице — да. А пизда сама просит твой член. Продолжай.

Я продолжил. Одну руку просунул ей спереди и начал тереть клитор, одновременно вдалбливаясь в неё. Она опустила грудь на край и снова застонала — тише, но так же искренне. Вода брызгами разлеталась при каждом ударе бёдер, а звук моего члена, входящего в её пизду, смешивался с её прерывистым дыханием.

Я почувствовал, что она близка к оргазму, и она тоже это заметила.

— Внутрь, — попросила она. — Я тоже хочу почувствовать тебя.

Я послушался. Крепко схватил её и излился внутрь несколькими толчками, погрузившись до самого конца. Лусия почти одновременно кончила, сжав меня пиздой и издав длинный стон, уткнувшись в мокрый каменный край.

Некоторое время мы неподвижно лежали, соединённые и молчаливые. Потом я завернул её в полотенце, и мы молча поднялись в свою комнату, всё ещё наполовину оглушённые. Уже в постели, перед тем как уснуть, она поцеловала меня в грудь и сказала:

— Если завтра ты захочешь, чтобы это больше не повторялось, так и будет.

Я приподнял её подбородок, чтобы она посмотрела на меня.

— Завтра спокойно поговорим. Но если ты спросишь меня прямо сейчас, я отвечу, что всё это было лишь началом.

Лусия улыбнулась, закрыла глаза и прижалась к моему телу. Я долго не мог уснуть. Не из-за ревности, не из-за шума и не из-за алкоголя. Я не спал, потому что всё ещё видел её лицо, когда она попросила меня трахнуть её в погребе, образ того, как она отсасывала Бруно, и то, как потом снова тянулась ко мне, словно ей было необходимо вернуться ко мне, чтобы замкнуть круг. И потому что совершенно ясно понимал: впереди нас ждали ещё несколько дней в этом доме, а случившееся той ночью было лишь первым прыжком.