Подчинение

Когда я открыла глаза, мои запястья были подняты над головой, а на мне не было ни одной вещи. Проблема была не в этом. Проблема была в том, что он улыбался.

Она окинула его взглядом и сказала: «Ты ходишь так, будто просишь разрешения существовать». Она была права. И именно это она и хотела от него.

Валерия вошла в ванную с рюкзаком, а вышла в белом пиджаке и с улыбкой, которую никогда не теряла. Я не забыл и то, что было дальше.

Я месяцами не чувствовала ничьих прикосновений. Той ночью я завела машину без цели, но моё тело уже точно знало, куда едет.

Я оставила Щенка дома в клетке и поехала в Ла Гуариду. Ежегодная распродажа обещала именно то, что мне было нужно.

Я думала, что учения по пожарной тревоге продлятся минуты. Через два часа в аудитории без связи и без свидетелей я поняла: никакого учения не было.

Два сломленных, благодарных тела, два чёрных кожаных ошейника. Надия считала себя охотницей — пока покупатель не открыл кейс.

Жить в клетке, подчиняться без вопросов, принадлежать кому-то полностью. Я этого хотела, и когда получила, реальность превзошла любую фантазию.

Когда она застала меня у себя в комнате с тапочкой в руке, в её взгляде смешались удивление и нечто более тёмное. В тот день между нами всё изменилось.

Открыв глаза, она за три секунды поняла, где находится. Связанная, голая, подвешенная к потолку. И сама этого попросила.

Меня схватили сзади, прежде чем я успела что-либо понять. Через несколько секунд я стояла на коленях среди белого дня, пока весь парк смотрел.

У Надии были два идеальных раба, сделка на полмиллиона долларов и победная улыбка. Она не ожидала, что Виктор привезёт ошейник для неё.

Мы включили тихую музыку, выключили свет и пообещали, что сказанное этой ночью останется здесь. Это было самое трудное обещание.

Я сказала себе, что это будет всего лишь кофе. Что я смогу контролировать ситуацию. Но когда он открыл дверь ещё до того, как я успела позвонить, пути назад уже не было.

Она вышла из ванной в белом пиджаке, который едва прикрывал нужное, с красной соской на губах и своей неизменной улыбкой. Я понял, что эта ночь будет особенной.

Королева приказала напоить его, но София вылила кубок на собственную стопу. Он вылизал каждую каплю с её подъёма, дрожа от жажды и унижения.

Мы расставили идеальную ловушку. Но когда Диего взял меня за талию с этой жестокой уверенностью, я поняла: теперь уже не я веду игру.

Открыв не ту коробку, он понял, что произошла ошибка. Но когда в кабинет вошла маленькая, испуганная пациентка, кукла и женщина слились в одно.

Она вышла из ванной в белом пиджаке без ничего под ним и с красной соской-пустышкой между губ. В ту ночь я понял, что Camila пришла не угождать мне: она пришла повеселиться.

Той ночью я приготовился как никогда. Камила должна была прийти с рюкзаком и своей озорной улыбкой, а я точно знал, о чём попрошу её.