В тот вечер в секс-шопе меня разглядывали незнакомцы

Несколько недель я обдумывала, не обновить ли свою коллекцию. Фаллоимпозитор, которым я пользовалась два года и который подарил мне бывший, с которым мы плохо расстались, превратился в неприятный предмет: стоило мне достать его из ящика, как вместе с ним появлялась его тень, воспоминание о времени, к которому я предпочитала не возвращаться. Мой нынешний партнёр не знал о его существовании, и я не собиралась ему рассказывать, но мне нужно было что-то новое, что-то моё и только моё. Что-то, с чем я могла бы кончать, не думая больше ни о ком.

В тот день я шла по авениде Ларко, в самом сердце Мирафлореса. Я вышла из такси без чёткого плана — с туманной мыслью разглядывать витрины, пока не устанут ноги. Я родом из Трухильо, но уже четыре года живу в Лиме и до сих пор удивляюсь, как на одной-единственной улице соседствуют магазины одежды и спрятанные галереи, где можно найти что угодно.

У меня большая грудь и бёдра уже, чем остальная часть тела. Я невысокая и никогда не пыталась казаться выше. В тот вечер на мне было тёмно-синее платье на бретелях и плоские сандалии. Ничего вызывающего, ничего, что привлекало бы больше внимания, чем нужно. Под платьем — чёрные кружевные стринги, которые при каждом шаге врезались между ягодиц.

Рядом с галереей я заметила маленькую вывеску: стрелка на второй этаж и одно неброское слово. Я поднялась по лестнице, не раздумывая.

Магазин оказался меньше, чем я ожидала. В витринах стояли вибраторы, смазки, нижнее бельё, подвязки, маски. Пахло смесью благовоний и нового пластика. За прилавком была девушка лет двадцати пяти, светлая мулатка с собранными в небрежный пучок волосами и блузкой с таким декольте, которое было скорее приглашением, чем выбором.

— Добрый день, — улыбнулась она. — Ищете что-нибудь конкретное?

— Хочу обновить одну игрушку.

— Вибратор? Фаллоимпозитор? Какой-нибудь стимулятор?

— Думаю, вибратор. Но я хочу сначала посмотреть, что у вас есть.

Её звали Даниэла, и двигалась она с естественностью человека, который годами говорит об удовольствии так, словно обсуждает погоду. Она показала мне три модели, объяснила разницу между медицинским силиконом и более дешёвыми материалами, предложила смазки с разными вкусами. В какой-то момент она наклонилась над прилавком, чтобы показать деталь одного из приборов, и в изгибе её декольте я увидела тень маленького пирсинга на соске. Я почувствовала внезапный жар в затылке и безошибочное возбуждение между ног. Пизда сама сжалась, будто тело опередило разум.

— Тебе ещё что-нибудь для анального секса интересно? — спросила она. — У нас новые модели.

— В этом я довольно неопытная.

— Я тебе покажу.

Она повернулась к самой высокой полке и встала на цыпочки, чтобы достать коробку. И тут я его увидела.

Легинсы, которые она носила, были почти прозрачными. А между двумя изгибами её ягодиц само по себе сияло маленькое украшение: анальная пробка с камнем в основании. Она спустилась с табурета с коробкой в руке и положила её на прилавок, словно ничего особенного не произошло.

Я не могла отвести от неё взгляд. Она заметила.

— Что такое?

— У тебя… — я не знала, как это сказать.

Она улыбнулась.

— А, это. Да. Иногда я ношу их во время смены. Это лучший способ понять, что рекомендовать. Эта пробка среднего размера. Я вставила её утром, добавив немного смазки, и уже шесть часов не вынимала.

— И это не… неудобно?

— Только когда входит и выходит. А потом забываешь. Хотя если сильно наклониться, я её чувствую. А если прикоснуться к себе, кончаю за две минуты.

Она сказала это с той же холодной деловитостью, с какой объясняла мне разницу между силиконом и пластиком. А я почувствовала, как струйка жара стекает по животу и пропитывает мои стринги. Я снова посмотрела на вибраторы, лежавшие на прилавке. Мне уже было всё равно, какой именно выбрать: я хотела их все.

Я остановилась на одном среднего размера, телесного цвета, очень реалистичном, с маленьким моторчиком в основании и семью скоростями. Я заплатила наличными. Пока Даниэла отсчитывала сдачу, я услышала собственные слова — то, чего совершенно не планировала говорить:

— У вас есть примерочная?

Она подняла взгляд.

— Что ты сказала?

— Какое-нибудь место… — я сглотнула, — где я могла бы испытать его до того, как уйти.

Она смотрела на меня на секунду дольше, чем требовалось. Потом перевела взгляд на дверь, на камеру под потолком, на часы.

— Примерочной нет, но я могу кое-что устроить. Если осмелишься.

— Осмелюсь.

***

Вдвоём мы передвинули несколько больших коробок и стенд с плётками, пока в глубине магазина, у стены, не образовался квадратный уголок. Стену закрывала занавеска из красного бархата. Даниэла поставила самую высокую коробку так, чтобы она загораживала вид от прилавка.

— Если кто-нибудь войдёт, тебя не увидят, — сказала она. — Я уже так делала.

— С клиентами?

— С собой. Иногда смена долгая, и начинаешь возбуждаться.

Она подмигнула. Потом замерла и стала смотреть на меня.

Я присела за коробкой. Сняла сандалии. Потом платье — медленно, сама не вполне понимая, зачем раздеваюсь целиком. Стринги промокли насквозь, промежность совершенно потемнела. Я стянула их до щиколоток, высвободилась из них и села на пол, скрестив ноги и прижав новый вибратор к груди. Бюстгальтер я тоже спустила, оставив его скрученным под сиськами, и от холодного воздуха кондиционера мои соски внезапно затвердели.

Даниэла выглянула из-за коробки.

— Тебе удобно?

— Да.

— Не возражаешь, если я буду смотреть?

Я покачала головой. Она улыбнулась и села напротив меня на пол, тоже скрестив ноги, в метре от меня. Словно мы собирались медитировать.

Я раздвинула ноги. Двумя пальцами раскрыла губы своей пизды, показывая Даниэле, как всё блестит внутри. Между бёдрами повисла густая нитка выделений. Я медленно провела вибратором по мокрой щели, пропитывая его кончик, тёрла им набухший клитор, пока у меня не вырвался стон. Ощущение было не таким, как от всего, что я знала прежде: поверхность мягкая, внутри твёрдая — словно настоящий член. Я прижала его к входу в пизду и надавила.

Я впускала его понемногу, чувствуя, как с каждым сантиметром всё поддаётся, как стенки раскрываются, чтобы поглотить его. Когда он упёрся в глубине, я откинула голову и выпустила воздух, который всё это время задерживала. Толстый кончик ударил во что-то глубоко внутри — в точку, от которой я стиснула зубы.

— Вставь его целиком, — прошептала Даниэла. — До основания.

Я протолкнула последний сантиметр. Силиконовое основание расплющилось о мои большие половые губы.

Даниэла протянула руку. Она не прикоснулась ко мне — только нажала кнопку на основании.

Низкое жужжание пронзило меня. Пальцы ног выгнулись. Мотор вибрировал одновременно прямо о клитор и внутри, а я не знала, куда деть руки. Первый оргазм подступил так быстро, что я даже не успела его сдержать: меня прошибло струями, пол между бёдер промок, а вибратор всё ещё оставался глубоко внутри. Бёдра стали липкими, горячая сперма стекала до самого ануса.

— Чёрт, — выдохнула Даниэла. — Ты из тех, кто кончает с фонтаном. Вот тебе повезло.

Я начала трахать себя рукой. Вгоняла его внутрь и вытаскивала, почти полностью вынимая, а потом одним толчком снова загоняла в себя. Другой рукой я подтянула к губам одну грудь. Соски у меня розовые, маленькие, слишком чувствительные. Они настолько чувствительны, что иногда я кончаю только от того, что их сильно сосут. Я укусила один и одновременно ущипнула его. От одного щипка они краснеют и набухают, а на сиськах проступают синие вены.

Даниэла продолжала смотреть на меня. Она не двигалась. Но я заметила, как её правая рука исчезла между ног: она сжимала себя поверх легинсов, а дыхание у неё стало прерывистым.

— Ты прекрасна, — сказала она, и впервые её голос слегка дрогнул. — Продолжай. Не останавливайся. Жёстче трахай себя.

Я хотела ей ответить. Не смогла. Я испытывала второй оргазм, сцепившийся с первым, и из меня вырывался лишь тихий стон, который приходилось заглушать свободной рукой. Пизда сжималась вокруг вибратора спазмами, выталкивая его наружу при каждом сокращении, а я снова безжалостно загоняла его внутрь.

И тут я увидела камеру.

Она находилась на потолке, маленькая, почти незаметная между двумя прожекторами. Красный огонёк мигал. Угол был идеальным: камера снимала весь уголок, где я сидела с раздвинутыми ногами, а силиконовый член входил в мою пизду и выходил из неё.

Я должна была испугаться. Но не испугалась. Я лишь шире раздвинула ноги и повернула лицо к объективу, чтобы он снимал, как я кончаю.

— Спокойно, — пробормотала Даниэла. — Эту камеру вижу только я. Больше ни у кого нет доступа к серверу.

— Ты записываешь?

— Да. И сегодня ночью я три раза буду дрочить, глядя на эту запись.

Я не попросила её выключить камеру.

***

Я уже собиралась повернуться и встать на четвереньки, чтобы вставить его сзади, когда услышала колокольчик на двери магазина. Я замерла.

Даниэла одним движением поднялась с пола, отряхнула брюки и направилась к прилавку, словно ничего не случилось. Я осталась сидеть, с вибратором внутри, с голыми сиськами, с бюстгальтером, скрученным у ключицы, и с промежностью, превратившейся в лужу. Моё платье лежало в трёх метрах, на коробке, вне досягаемости.

Я услышала голоса. Три. Двое парней и девушка, они смеялись и говорили о вечеринке. Они попросили совета. Даниэла с прежним спокойствием рассказывала им о смазках, повязках, наручниках, игрушках для пар и для троих. Я, спрятавшись за коробкой, старалась не дышать. Вибратор по-прежнему находился во мне, пульсируя на самой низкой скорости, и каждый толчок напоминал, что у меня в пизде торчит член, пока в нескольких метрах трое незнакомцев разговаривают.

Двумя пальцами я убавила его до минимума, стараясь, чтобы мотор меня не выдал. Ощущение изменилось. Вдруг оно стало медленнее, глубже. Каждое жужжание было долгой лаской, расходившейся по животу. А мысль о том, что в трёх метрах от меня трое незнакомцев обсуждают секс-игрушки и не знают, что голая женщина с членом внутри слушает их, лишила меня остатков рассудка.

Я снова начала двигать им. Медленно. Внутрь и наружу. Вытаскивала его, пока не показывался кончик, и снова загоняла до самого основания, кусая губы, чтобы не застонать. Другой рукой я тёрла клитор тесными кругами. Каждый толчок звучал влажно, хлюпая, а я молилась, чтобы голоса снаружи заглушили этот звук.

— У вас есть что-нибудь весёлое для троих? — спросил один из парней.

— Зависит от того, что вы понимаете под весёлым, — ответила Даниэла. — У меня есть всё. Вы оба с ней или все трое одновременно?

— Все трое, — нервно рассмеялась девушка. — Они будут первыми, кто вставит мне сразу два.

А я внутри просто таяла. Струя выделений стекла к анусу. Я размазала её пальцем и робко попробовала ввести кончик. Он вошёл без сопротивления. Я протолкнула его чуть глубже, до первой фаланги, и почувствовала вибрацию игрушки с другой стороны — через тонкую стенку плоти, разделяющую два отверстия.

Не знаю, в какой момент у меня начала дрожать левая нога. Спазм пробежал по бедру, и я нечаянно ударилась о коробку, за которой пряталась. Коробка накренилась. Я на секунду попыталась её удержать, но руки подвели. Она рухнула вперёд с сухим грохотом.

И вдруг все четверо уставились на меня.

***

Тишина длилась три долгих секунды. Я стояла на полу почти на четвереньках, с вибратором, вставленным до основания, и пальцем в заднице; сиськи свисали, волосы прилипли ко лбу. Они застыли за прилавком, раскрыв рты.

Даниэла первой пришла в себя. Она улыбнулась с невозмутимостью, которая явно не была случайной.

— Ну, — сказала она. — Это должно было быть сюрпризом, но вообще-то это тоже часть магазина. Если хотите, можете смотреть. Только смотреть.

Девушка взглянула на стоявшего рядом парня и прошептала ему что-то на ухо. Он кивнул, не сводя взгляда с моей раскрытой пизды. Другой парень уже запустил руку в карман брюк, поправляя член, который твёрдо выпирал сквозь ткань.

— Только смотреть, — повторила Даниэла, на этот раз обращаясь ко мне. — Ты согласна?

Я могла схватить платье и убежать. Вместо этого я немного выпрямилась, шире раздвинула ноги, полностью вынула вибратор, чтобы они увидели, как с него капает, и одним толчком снова загнала его внутрь. Повернула регулятор вверх, на максимум, и мотор взревел.

— Смотрите внимательно, — сказала я голосом, которого сама не узнала. — Смотрите, как я вставляю его в себя.

Девушка первой подошла ближе. У неё были каштановые волосы до плеч и огромные глаза. Она опустилась на колени в метре от меня. Не прикоснулась — только смотрела.

— Можно… я подойду чуть ближе? — спросила она почти шёпотом.

— Подойди.

Она подошла. Села на пол, скрестив ноги, а я, сама не понимая зачем, протянула ей руку. Она взяла её. Её пальцы были холодными. Другой рукой я продолжала трахать себя вибратором: полностью вытаскивала его и загоняла до основания, с непристойным хлюпаньем, заполнявшим весь магазин.

Двое парней остались стоять, прислонившись к прилавку. Они расстегнули ширинки, и их члены уже были снаружи. У одного член был толстый и короткий, с очень красной головкой; у другого — длинный и изогнутый. Они сжимали их кулаками и медленно массировали, не мигая, глядя на меня. Даниэла наблюдала за ними, скрестив руки, следя, чтобы ни один не пересёк невидимую черту, которую она обозначила голосом. Только смотреть. Ни пальца не протянуть.

Девушка, не выпуская моей руки, посмотрела на грудь, потом на живот, потом на раскрытую пизду, растянутую вокруг вибратора, и наконец на моё лицо. В её глазах я увидела нечто неожиданное: желание — да, но ещё и нежность.

— Ты прекрасна, — сказала она. — Кончи для нас. Пожалуйста.

Я стала быстрее вводить вибратор и вытаскивать его. Основание при каждом толчке ударяло по клитору. Большим пальцем другой руки я надавила на анус, проталкивая его до костяшки. Бёдра дрожали так сильно, что я едва могла держать их раздвинутыми.

— Я кончаю, — простонала я. — Я кончаю, чёрт…

И снова кончила.

На этот раз оргазм был глубже. Я чувствовала, как дрожат бёдра, как сжимается живот и как горячая жидкость, не похожая на прежнюю, хлещет наружу, заливая пол и обрызгивая колени девушки, державшей меня за руку. Я закричала. Не смогла сдержаться. Один из парней глухо застонал и кончил на прилавок: густые белые струи упали на стекло и потекли вниз. Потом второй — себе на руку, и сперма просочилась между его пальцами. Девушка, всё ещё державшая меня за руку, закрыла глаза, словно мой оргазм достался и ей, а на её джинсах между ног я заметила темнеющее пятно.

Даниэла один раз медленно хлопнула в ладоши.

— Господа, дамы, — сказала она. — Представление окончено.

***

Не знаю, сколько времени пролежала на полу. Десять минут, может, пятнадцать. Когда я открыла глаза, троих клиентов уже не было. Даниэла заперла дверь магазина и протирала тряпкой белый кафельный пол, убирая оставленную мной лужу и сперму двух парней с прилавка. На меня она накинула чёрное шёлковое кимоно, которое достала из какого-то ящика.

— Я принесла тебе воды, — сказала она и протянула бутылку.

Я выпила всё. Я чувствовала себя опустошённой, лёгкой, слегка одурманенной. Вибратор всё ещё лежал между ног, выключенный и скользкий. Я медленно вынула его и почувствовала, как пизда на секунду остаётся раскрытой, прежде чем сомкнуться.

Я не спеша оделась. Вибратор, всё ещё влажный от меня, я убрала в его оригинальную коробку. Даниэла положила её в коричневый бумажный пакет.

— За счёт заведения, — сказала она. — Запись только у меня. Никто её не увидит. Обещаю. Хотя сама я сегодня ночью включу её, лягу на живот и буду трахать себя двумя пальцами.

Я ей поверила. Не знаю почему, но поверила.

Перед тем как я вышла, она протянула мне карточку. На ней не было имени — только адрес в Сан-Борхе и время: суббота, девять вечера.

— Мы устраиваем частную вечеринку, — сказала она. — Небольшую, для своих. Они тоже придут.

— Все трое?

— И другие. Там уже можно прикасаться. Делать всё, что захочешь.

Я убрала карточку в карман платья, даже не взглянув на неё во второй раз.

— Я подумаю, — соврала я.

Даниэла улыбнулась. Она прекрасно знала, что я приду.

Я спустилась по лестнице галереи, всё ещё чувствуя дрожь в ногах, ощущая, как опухшая пизда трётся при каждом шаге, а выделения стекают внутри чистых стрингов, которые Даниэла подарила мне с прилавка. Я вышла на авениду Ларко — под жёлтое солнце пяти часов вечера, в шум машин и толпу людей с пакетами. Никто на меня не смотрел. Никто не подозревал, что только что произошло на том втором этаже.

Я достала карточку из кармана и спрятала её в кошелёк, под удостоверение личности.

В субботу я вам всё расскажу.