Доминирование

Я закрыл глаза в пустой раздевалке и позволил фантазии унести меня дальше, чем я мог представить. Когда я открыл их, пути назад уже не было.

В половине восьмого раздался звонок, и я понял, что мой брак изменился навсегда. Она спустилась без бюстгальтера, посмотрела на них и улыбнулась.

Когда я открыл дверь, он пришёл не один: за ним, с этой наигранной улыбкой шлюхи, был мужчина, которого я никогда в жизни не видел в нашем районе.

Ночью без электричества я спустился в ванную, уверенный, что дома один. Свет от телефона осветил кухню, и я понял, почему они оба вели себя так странно.

Он пришёл в квартиру мужчины с обещанием не сдерживаться. Он ещё не знал, какого размера окажется хуй, который лишит его невинности, и как низко опустится та лопатка.

Пока Лусия готовилась принять любовника, у её сестры уже был другой план с племянником: коробки на чердаке были лишь предлогом, чтобы всё началось.

Без четверти одиннадцать я уже спускался по лестнице своей квартиры. Перед выходом посмотрел в глазок — вдруг кого увижу. Площадка была пуста. Тем лучше.

Сандра взяла бутылки вина, посмотрела на меня и прошептала: «Понадобится, поверь мне». В её улыбке было то, что бывает у тех, кто уже знает, чем закончится ночь.

Когда она выключила свет в коридоре и закрыла дверь, я понял, что разговоров о моём досье не будет. В кабинете что-то изменилось.

Маркос подписал договор, не читая. Когда его заперли под унитазом в клубе «Оникс», было уже слишком поздно сожалеть.

Тем утром Родриго закрыл дверь своего кабинета и достал маленький золотой пакетик. Внутри было кое-что, что навсегда изменило офисные утра.

Открыть дверь в ту ночь было самым трудным решением в моей жизни. За ней стоял высокий улыбающийся мужчина, готовый взять то, что я уже не мог дать своей жене.

Он вернулся с вечерней пробежки и нашел ее в дюнах. Она была не одна. Никогда не была.

У неё для меня много имён. Никакое не важно, пока я смотрю, как она подчиняется по ту сторону экрана, ожидая дня, когда она окажется передо мной на коленях.

Сантьяго вошёл в класс в тот понедельник в той облегающей рубашке и с низким голосом, от которого у меня с первой же фразы по коже побежали мурашки.

Я неделями смотрела, как он проходит по коридору. В тот вечер он позвал меня к себе в кабинет, и что-то внутри меня поняло: сейчас всё изменится.

Она читала о суккубах, когда голос ответил на её вопрос с другой стороны комнаты. Это был не сон: существо уже было там.

Когда она подошла ко мне в баре, я поняла: эта женщина сделает со мной всё, что захочет. А я хотела именно этого.

Сорок пять лет, намечающийся живот и пояс верности, которым управляет моя собственная дочь из-за барной стойки. Такова моя жизнь теперь.