Доминирование

То, что происходило в той комнате, было конфиденциально. Нерея увидела всё через замочную скважину, с рукой на стене и сбитым дыханием.

Посылка пришла во вторник без предупреждения. Внутри были три бикини, которые он выбрал сам. В записке было сказано: «Примерь их сегодня вечером. По две фотографии каждого. Не импровизируй с ракурсами».

Первый раз, когда я увидел его с ней, я хотел убить его. Во второй раз, когда он вошёл в мой дом без стука, я понял, что правила изменились навсегда.

Я поставил кофе на стол, мы начали разговаривать, и последнее, что я помню, — как меня сморил сон. Когда я проснулся, я был связан по рукам и ногам.

Самая влиятельная женщина страны вложила мне в руку свою карточку с одним-единственным указанием. Полчаса спустя я стоял перед её дверью.

Когда он сзади поправил мою осанку, я почувствовала его тело рядом со своим и поняла: то, что должно было произойти, не имело ничего общего с тренировкой.

Меня поставили на колени в вольере, связали и обездвижили, пока они смеялись, а их собаки подбирались всё ближе.

Я надела самую короткую юбку и пошла в мастерскую отнести конверт. Владельца не было, и меня отправили в кабинет к его сыну.

Я двадцать лет мечтал её поцеловать. В ту ночь я вошёл в её спальню, думая, что наконец-то настал мой час, но она спустила с меня штаны и потащила в гостиную.

Трое коллег предложили ей остаться, когда здание опустело. София согласилась, но на своих условиях.

Переступив порог кабинета, я поняла: корона стоит дороже улыбок и правильных ответов. Ректор ждал меня с бланком и готовым планом.

Когда блондинка-воительница уселась ему на спину, он перестал быть мужчиной: он стал живым табуретом, на котором богиня завтракала с королевой.

Когда Марта сказала, что нашла четырёх идеальных женщин для моего наказания, я поняла: назад пути уже нет. В тот же вечер я подписала договор, не читая половину.

Я поднялась по лестнице в его дом, а стринги уже были мокрыми насквозь. Я и представить не могла, что этот незнакомец разорвёт меня надвое до полуночи.

Докторша закрыла дверь кабинета со спокойствием, в котором не было ничего профессионального. Я сидела на кушетке в бумажном халате и уже знала, что выйду оттуда другой.

В золотом свете поместья она улыбалась, подсчитывая деньги. Она не представляла, что следующий чёрный кожаный ошейник предназначен для её собственной шеи.

Когда она в третий раз поправила его позу и он почувствовал давление под шортами, он понял: эта тренировка сегодня будет совсем не такой, как обычно.

Когда я увидела, как Есика поднимается по лестнице вслед за ним в ту первую ночь, я поняла: ни одна из нас, подававших напитки на той стоянке, не выйдет из этого лета прежней.

Я не была лесбиянкой, а до свадьбы оставалось шесть недель. Но той ночью в отеле Елена научила меня всему, в чём я никогда не хотела себе признаваться.

Три дня в Картахене он платил за встречи, которые каждый раз заканчивались неожиданностью, пока однажды в бар не вошла она и всё не изменилось.