Феминизация

Хватило того, что она застала меня на коленях у своей кровати, чтобы дружба треснула и началось другое: беспрекословно выполнять каждый её каприз.

Когда она впервые приказала мне красить ногти на ногах, у меня дрожали руки. Не от страха — от желания подчиниться ей.

Едва она увидела мои босые ноги на холодной плитке, как поняла раньше меня, в какого мужчину я мог превратиться, если бы она приказала.

Море выплюнуло меня на палубу яхты, где не было ни одного мужчины. Когда я очнулся во второй раз, на мне уже было их платье, и я не понимал, почему позволяю им это.

Ты бросила мне ещё тёплые трусики и улыбнулась: «Надень их и жди меня». Через два часа я всё ещё стоял на коленях, считая минуты до твоего возвращения.

Он завёл старинные часы — и к рассвету его тело уже не принадлежало ему. Неделя украденного удовольствия, за которое расплата приходит лишь в последнюю ночь.

Я ношу стринги под велотрусами, и никто об этом не знает. Это мой секрет на велосипеде — начало фантазии, которую я снова и снова прокручиваю в голове.

Одной улыбки и пары ударов кием хватило, чтобы она перевернула его мир. Теперь он в кружевном фартуке и дрожит, ожидая звонка в дверь.

Когда Барбара начала покачивать сандалией на пальцах, я понял: подчинюсь ей прямо в подъезде, кто бы ни вошёл.

Месяцами он заставлял меня подчиняться в своей постели. Когда я наконец заговорила, не думала, что правосудие вернёт ему каждый удар, превратив его в то, что он презирал.

Мне было девятнадцать лет, и я был слишком возбужден, чтобы это скрыть. Он понял это, едва открыл мне дверь своей квартиры, и дальше уже не было смысла делать вид, будто мы не хотим одного и того же.

Стоило ей намекнуть, как я вставал на четвереньки. В ту ночь я узнал, что под подушкой она прячет два сюрприза — и только один предназначен мне.

Та женщина оглядела меня с головы до ног, улыбнулась и сказала фразу, изменившую мою жизнь: с парой штрихов макияжа я мог сойти за настоящую девчонку.

В тот миг, когда я встал на колени перед двоюродным братом, я перестал быть тем, кем был. Всё, что было потом, навсегда изменило моё тело.

Годами я тайком носила одежду сестры. В ту ночь, когда он ждал меня в гостинице, я перестала притворяться и стала той, кем всегда была.