Молодые

Ей было тридцать шесть недель, и всю неделю я оставалась с ней наедине. Никто не знал, что приходило мне в голову каждый раз, когда я ей помогала.

Летняя ночь, игра в бутылочку среди незнакомцев на пляже и ни малейшего желания останавливаться. То, что произошло потом, оказалось куда горячее, чем можно было ожидать.

В шестьдесят три года я уже десять лет мастурбировала в одиночестве. Я не ожидала, что девушка из свободной комнаты навсегда всё изменит.

Парень из района смотрел на меня без стыда, с ног до головы, пока я пыталась, чтобы голос не дрожал. Мне было сорок шесть, и у меня был сын, которого нужно спасти.

Когда он запер дверь библиотеки, я поняла, что моя маленькая игра в юбки и взгляды только что перешла черту, за которой уже не было пути назад.

Когда Эктор положил руку Софии на спину, а она её не убрала, я понял, что эта поездка будет не похожа ни на одну из предыдущих.

У меня в одной руке было ее белье, а в другой телефон, когда я услышал, как открывается входная дверь. Камилла стояла там и смотрела на меня из коридора.

Себастьян никогда в жизни не открывал эту книгу. Зато неделями хранил в ящике верёвку, ожидая ночи, когда мы останемся одни.

Тем вечером, пока мы примеряли одежду в гостиной, я поняла, что взгляд, который бросала на меня Валерия, не был ни капли невинным.

Родриго уговорил ее повернуться. Всего на минуту, говорил он. Маркос уже много лет смотрел на нее так, и Сандра только теперь это заметила.

Он велел мне закрыть глаза и сказал, что купил для меня шоколад. То, что коснулось моих губ, шоколадом было не совсем.

Я просто хотела отвлечься на одну ночь. Не ожидала, что тот девичник, тот бар и тот мужчина так надолго останутся во мне.

Платье Ренаты стало почти прозрачным от пота, а её улыбка звала ближе. В ту ночь никто не умел танцевать — и это было неважно.

Когда я опустил взгляд, я увидел, что она держит самый большой презерватив между пальцами. Он был не для меня. И всё же я не смог уйти.

Когда я открыла дверь в блузке на пуговицах и на каблуках, поняла: то зимнее утро не станет обычным уроком, а будет сговорной капитуляцией.

Она появилась на моём экране в обычную ночь, но её хриплый голос пробудил во мне нечто, о существовании чего я даже не подозревала.

Я пообещала себе подождать. Что чем сильнее я себе откажу, тем будет острее. Но у тела свои причины, и той ночью оно не собиралось уступать.

Когда Маркос спустился с крыши, мокрый от пота, Кармeнса уже знала, что не отпустит его. Она слишком долго ждала такого мужчину.

В ту ночь в съёмном доме Бузиуса Камила решила, что стыд может подождать до завтра.