Мой начальник застал меня в клубе в образе травести
Я заперся в примерочной, открыл чемодан и перестал быть Томасом. В ту ночь в клубе я не подозревал, что в дверь войдёт мой собственный начальник.
Я заперся в примерочной, открыл чемодан и перестал быть Томасом. В ту ночь в клубе я не подозревал, что в дверь войдёт мой собственный начальник.
Пятеро друзей начальника, арендованный дом и покерная партия. Диего знал, в чём я выйду на каждом круге; никто не знал, чем закончится ночь.
Я набрала номер, который он дал мне в дороге, даже не зная его имени. Через два часа он уже был бы у моей двери, а я уже надела светлый парик и самые высокие каблуки.
Парковочное время истекло, а он уже наклонялся к моему колесу с блокиратором. У меня оставалось всего несколько секунд, чтобы убедить его иначе.
Я признался ей в фантазии в половине двенадцатого ночи. К двум часам утра у нас уже была назначена встреча, и я боялся сильнее, чем она.
Когда она открыла скрытую папку в телефоне и повернула экран ко мне, я поняла: тихоня наконец осмелилась рассказать всё.
Я сошла с самолёта, не зная, что эта поездка закончится его рукой на моей талии в песке и моим желанием, чтобы рассвет никогда не наступал.
Я не ищу любви и обещаний. В тот день я увидела его на площади и точно поняла, чего хочу попросить, хотя прежде никогда не осмеливалась на такое.
Я открыл дверь хижины, ожидая свободную кровать, и увидел пятерых незнакомок полураздетыми. В ту же ночь я понял, почему путешествую один.
Мы думали, что в укромной бухте одни, пока не заметили, что те трое не сводят с нас глаз. И нам самим было не против, что на нас смотрят.
Я думала, всё закончилось, когда директор заплатил мне и выставил за дверь. Я не знала, что настоящей хозяйкой моего тела была она — женщина за соседним столом.
Привязанная под софитами и с его взглядом, вцепившимся мне в затылок, я поняла: настоящее шоу сегодня — он, вынужденный видеть всё, чего сам меня лишил.
Я села в самый набитый вагон, спасаясь от чужих рук, и не подозревала, что в итоге буду искать другие — на глазах у всей платформы.
Я согласилась на встречу, одевшись как женщина, не зная, что именно в тот вечер в его машине решится всё, что будет потом. Он лишь посмотрел на меня и сказал: «У тебя будут клиенты».
Двое незнакомцев снимали меня под столом, пока он велел мне сидеть смирно. Хуже всего было то, что мне нравилось быть зрелищем для всего зала.
Она мыла террасу в стринге и почти без одежды, не зная, что двое мужчин подглядывают за ней из дома напротив. А меня вид ее желания сводил с ума.
Лорена одела меня как самую желанную женщину ночи, сказала мне на ухо, что меня ждут восемь мужчин, и впервые я не захотела бежать от того, что чувствовала.
Мой хозяин посадил идею как семя: деньги за мое тело и незнакомец, наблюдающий за каждой деталью. Во вторник я поехала воплотить ее, не зная, чем все кончится.
Незнакомец пообещал встретиться со мной в последнем ряду, но в итоге я оказалась в руках у всех остальных — снова и снова отданная в темноте.
Мы поехали в Форментеру, чтобы на неё смотрели. Я не представлял, как далеко она зайдёт, когда тот иностранец расстелил полотенце в нескольких метрах от нас.