Пара

Мы перешли ту черту, зная, что, сделав это, до понедельника лишаемся собственной воли. И никто из нас не хотел отступать.

Я вышел из воды, дрожа от холода, и увидел, как она поправляет бикини на солнце. Мы ещё не знали, что этим утром всё между нами изменится.

Того вечера мы ничего не планировали. Но когда он спустил штаны передо мной, я поняла, что попробую то, чего никогда раньше не пробовала.

Не прошло и пяти минут фильма, как его рука уже полезла мне под шорты, а я вместо того, чтобы оттолкнуть её, молилась, чтобы никто в зале не обернулся и не увидел нас.

Он был связан с её желанием целый месяц. Этой ночью Селена сама решит, когда, как и насколько ему будет больно, прежде чем позволить наконец кончить.

Сообщение пришло перед сном: предложение встретиться на следующий день в полдень. Я не знал, сколько нас будет и что меня ждёт, но уже сказал «да».

Мы пришли в надежде на групповой трах, а там сидели всего двое мужчин в полотенцах. Они и не представляли, какую удачу только что поймали.

Она спустилась на сцену всего лишь потанцевать. Когда ремень, державший того мужчину, упал на пол, я понял: никто из нас уже не сможет контролировать то, что случится дальше.

Она пришла за новым дилдо, а в итоге встала на колени в тёмной кабинке, не зная, сколько рук её трогают и сколько ртов ждут своей очереди.

Я не открывал глаза сразу: дал этим двум языкам продолжать свой танец надо мной, зная, что это только начало дня, в который никто не попросит разрешения.

На рассвете Дамиан скользнул в чужую постель — и после этой ночи ни одна из двух пар уже не могла смотреть друг на друга по-прежнему.

Когда она открыла глаза и обнаружила, что постель Дамиана пуста, стало ясно: ночь в том доме ещё не закончилась ни для кого.

Когда Рената босиком спустилась на кухню на рассвете, она не подозревала, что муж увидит её из дверей — и что это утро изменит всё между ними четырьмя.

Я вышла из ванной, прикрытая лишь полотенцем, и медленно пересекла гостиную, зная, что взгляды двух мужчин последуют за мной до спальни.

Она спустилась по лестнице в чёрном платье, едва прикрывавшем тело, и двое гостей поняли, что этот ужин не будет похож ни на один другой.

Моя жена пошла в туалет самолета вслед за стюардессой и вернулась растрепанная, с признанием, от которого я снова стал твердым и захотел еще больше.

Я неделями обдумывала эту идею, но ничто не подготовило меня к тому, что я почувствовала, когда первые незнакомые руки в темноте коснулись моей кожи.

— Только посмотреть, — прошептала она у входа в клуб. Но руки незнакомцев уже искали её кожу, а я был не в силах отвести взгляд или остановить это.

Она оставила меня возбуждённой перед зеркалом, с кое-как поправленной одеждой и обещанием, повисшим в воздухе: это так не закончится.

Я три месяца жила без её рук, без её рта, без её сисек на моих. В ту ночь я налила себе бокал вина, разделась и решила, что удовольствие не обязано ждать её возвращения.