Публично

Я записалась на время без учеников и надела самую тонкую футболку, что у меня была. Чего я не ожидала — это двух мужчин, ждавших меня на татами.

Мы обменялись сотнями фото, но вживую между нами ничего не было. До того мартовского дня, когда я пошёл за ней, а у неё уже был план.

Первая его попытка закончилась моим бегством. Во вторую я уже не придумывала отговорок: позволила ему прижать меня к той же блочной стене.

Иметь один член в заднице и другой во рту не входило в мои планы на субботу. Но я вошёл в сауну, встретился с двумя взглядами — и всё изменилось.

Тем вечером я надел телесные колготки, золотой камзол и длинный парик. Я и не думал, что костюм запустит то, что запустил.

Я проснулся с каменным хером, решил не дрочить по-обычному и пошёл на круизинг. Я и представить не мог, что в итоге окажусь на коленях с тремя хуями вокруг лица.

Стоя на коленях в парке, с завязанными глазами и босыми ногами на траве, я понял: больше я ничего не решаю — ключ у него, а я перестал его искать.

Он велел мне не мыться перед встречей. Я думала, это просто очередная прихоть, но той ночью узнала, как далеко может зайти мой собственный стыд.

«Не двигайся», — приказала она мне тихо, прижимая пятку к моему члену. И я, незнакомец, подчинился, не раздумывая ни секунды.

Её ноги после матча были распухшими, а улыбка — слишком знающей. Я хотел только опуститься на колени и показать, на что готов решиться.

Я не мог перестать смотреть на её ботинки. Когда она меня застала, то вместо того чтобы отстраниться, спросила, не из тех ли я, кто мечтает целовать подошвы.

Я подкрасилась перед зеркалом, улыбнулась и вернулась на кухню с планом, о котором никто из них не догадывался. Тем вечером меню выбрала я.

Ровно в десять я вхожу в зал заседаний, и пока шеф говорит о цифрах, моя голова уходит туда, где мы с ней не соблюдаем ни одного правила.

Она садится на два стула левее, и пока семья болтает, в моей голове она уже верхом у меня на коленях. Никто не знает. И она тоже. Пока что.

Когда мой муж поднялся в туалет, я поняла, что мужчина за соседним столиком подойдёт ко мне. Я ещё не сказала ему, что боюсь снова на такое решиться.

Пятнадцать лет мы жили по привычке, пока забытая в ящике игрушка не зажгла то, чем ни один из нас не умел управлять. И это было только начало.

Когда он сказал: «Сними блузку на парковке», я подумала, что это шутка. Через десять минут его жена наблюдала за нами с кровати по видеосвязи.

Я годами одевалась тайком, но в ту ночь надела ботинки, сетчатые чулки и бархатное платье и вышла за дверь уже собой.

Я узнала его на платформе спустя двадцать лет, и мы вошли в один вагон. К третьей станции его рука уже была там, где не должна.

Три тридцать дня, без трусов и с очень ясным планом в голове. Чего я не просчитала — так это кто заговорит со мной через дверь.