Публично

В первую ночь, когда я вышел без неё, я снова встретил Люсию, свою давнюю бывшую. И она знала всех нужных подруг.

Когда София позвала нас посмотреть детскую, никто не ожидал, что в тот день мы услышим ее самые интимные и откровенные признания.

Это был сын начальника: правильный, тихий, воспитанный. Я и представить не мог, что он делает по пятницам ночью, когда исчезает.

Маркос подписал договор, не читая. Когда его заперли под унитазом в клубе «Оникс», было уже слишком поздно сожалеть.

Валерия была в мини-юбке без нижнего белья. Спящие на улице мужчины смотрели на неё без стеснения. Я наблюдал из багажника грузовика, совершенно заведённый.

Он провёл весь день среди чужих ног, к которым не мог прикоснуться. Дома его ждала Лаура — босая, с грязными от асфальта ступнями и улыбкой-приказом.

Лорена слыла любительницей женщин. Я не придавала этому значения, пока тем весенним утром мы обе не застряли в лифте.

Родриго вдруг побледнел и убрал телефон. Я сразу понял, что произошло, ещё до того, как он успел объясниться.

Занести три складных стула в переулок посреди ночи была её идея. То, что случилось потом, оставило меня стоять в стороне с сухим ртом и бешено колотящимся сердцем.

Он спросил меня дорогу, и я пошёл с ним, не раздумывая. Я и представить не мог, что через несколько минут окажусь у стены недостроенного здания со спущенными до щиколоток штанами.

В первый раз я вошёл туда, не зная, что творится в темноте. Чужая рука задела мою ногу — и всё изменилось навсегда.

Я пришёл туда в стрингах и чулках с подвязками под брюками, не зная, будет ли что-то. В ту ночь случилось всё.

Он появился среди дюн, остановился посмотреть и не ушёл. Мы продолжили, и он тоже. Так началась самая возбуждающая игра, что у нас была.

Я думал, что против женщины без подготовки будет легко. Первый медвежий захват выбил у меня эту мысль из головы навсегда.

Когда мать спустилась по лестнице в этом обтягивающем платье, Маркос понял: поездка в кино не закончится так, как он ожидал.

Магазин был пуст, а парень — молод. Я уже несколько дней воображала этот момент и не собиралась упускать его.

Всю ту неделю мы плохо спали. Мы знали, что нас ждёт в субботу, и эта уверенность превращала каждую ночь в предвкушение чего-то, что ни один из нас не осмеливался назвать вслух.

В первый раз я увидел её, когда её муж был в комнате по соседству. Во второй — её губы были на мне. Я не мог думать ни о какой другой женщине неделями.

Я никогда не выходил на улицу в женской одежде. В ту пятницу я решил, что пора: мини-юбка, каблуки и самый забитый вагон года. То, что произошло, превзошло всё, что я мог себе представить.

У неё был парень. Она считала себя гетеро. И всё же тем вечером у бассейна отеля её нога нашла мою под водой, а я не отстранилась.