Соблазнение

Я согласилась на вызов, не подозревая, что пятое фото приведёт меня в пустынную бухту к незнакомцу, лежащему под последним лучом солнца.

Трое мужчин, одна женщина в центре кровати и правило, которое все соблюдают. В ту ночь Ноэлия узнала то, что навсегда связало её с одним из них.

Падре попросил меня остаться, когда церковь уже опустела. То, что случилось в его кабинете, стало моей воскресной тайной — и я не хочу, чтобы она кончалась.

Я взяла это задание как обычную работу. Не знала, что тот мужчина из календаря врастёт в меня так, что его будет невозможно забыть.

Я пошла за ним по коридору, не раздумывая, с сердцем в горле. Я знала: если толкну эту дверь, назад пути не будет, и всё равно толкнула.

Я знала, что его взгляд был прикован к моей спине, пока я раздевалась у шкафа. Я нарочно оставила дверь ванной приоткрытой: приглашение было подано.

Я записалась на время без учеников и надела самую тонкую футболку, что у меня была. Чего я не ожидала — это двух мужчин, ждавших меня на татами.

Когда учительница Тобиаса дала мне свой личный номер «если вдруг возникнет что-то срочное», я понял, что это не имеет никакого отношения к оценкам моего сына.

Мы обменялись сотнями фото, но вживую между нами ничего не было. До того мартовского дня, когда я пошёл за ней, а у неё уже был план.

Первая его попытка закончилась моим бегством. Во вторую я уже не придумывала отговорок: позволила ему прижать меня к той же блочной стене.

Она перечитала сообщение четыре раза, и сердце у неё билось как в двадцать. Ей было пятьдесят девять, и незнакомка только что пробудила в ней то, что, как ей казалось, было потеряно навсегда.

Мне было двадцать один, за плечами — провальный курс и отчаянное желание забыться. В тот июньский день всё изменило сообщение от мужчины, который был почти вдвое старше.

Он жил через три подъезда от меня и хотел только смотреть порно и трогать друг друга. То, что я узнал о нём тем вечером, изменило всё между нами.

Полночь в пустой радиостудии. Иван наклонился, чтобы поцеловать меня, и на миг мир стал простым, пока призрак другого голоса снова не вмешался.

Я предложил помассировать ей ступни, не зная, что она поставит свою именно туда, куда я не решался попросить, и что ни один из нас не скажет ни слова.

Я год убирала его дом, а он даже не смотрел мне в глаза. В тот вечер у бассейна я сняла обувь и поняла: он месяцами смотрел на мои ноги.

Я месяцами фантазировал о том, чтобы быть с транс-девушкой. В ту ночь, на пассажирском сиденье, она прошептала мне на ухо, что заметила, как я на неё смотрю.

Стоило мне выскользнуть каблуком из пятки, как он перестал смотреть мне в глаза. И я узнала, сколько власти умещается на кончике ступни.

В тот вечер она пришла в чёрном, накрасила губы у зеркала и ушла, сказав, что ночует у подруги. Годы спустя я узнал, куда она ходила на самом деле.

Ровно в десять я вхожу в зал заседаний, и пока шеф говорит о цифрах, моя голова уходит туда, где мы с ней не соблюдаем ни одного правила.