Соблазнение

Их разделяло двадцать лет, но когда во время репетиции рука Ренаты задержалась на бедре Марианы, она поняла: та смотрит на неё уже не так.

Я не видела её больше десяти лет. Мы встретились у полки с дилдо, и я без колебаний предложила ей свой номер.

Перед камерой сексолог обещала простую анатомическую лекцию. Но когда ведущая скользнула рукой ей под стринги, обе поняли: назад дороги уже нет.

Она со смехом сказала, что любит спать в обнимку, прижалась ко мне в темноте чужой спальни — и я поняла, что это совсем не игра.

Я думала, что загнала её к стене. Но через секунду поняла: единственной пленницей в этом пустом доме была я.

Она согласилась на съёмку ради элегантных фото для профиля. Но не ожидала, что старая камера обнажит в ней куда больше, чем тело.

Они встречались на одних занятиях три раза в неделю и тайком смотрели друг на друга. Пока одна из них не устала делать вид, что ничего не происходит.

Месяцами я воображала эту сцену в её кабинете, но и подумать не могла, что первой шагнёт она — с задвижкой на двери и запахом духов, заполнившим всё вокруг.

Распродажа еще не началась, и магазин был пуст. Светловолосая продавщица под каким-то предлогом пошла за мной в примерочную, а я нарочно не задернула шторку.

Когда в ту пятницу я села в её машину, я уже знала: мы больше не будем говорить о моём будущем. Между нами было что-то другое, и мы обе неделями делали вид, что этого нет.

Она опоздала на двадцать минут нарочно, чтобы у нас не осталось времени на театр. Только тогда я поняла, что она уже решила, чем закончится эта ночь.

Я подписалась на неё из мести бывшей, но в итоге захотела именно её. Спустя месяцы я увидела Ренату в толпе и поняла: на этот раз не отпущу.

Она записалась на обычную депиляцию перед отпуском. Но не ожидала, что именно так на неё посмотрит та женщина, закрывая дверь кабинета.

До свадьбы оставалось шесть дней, когда я увидела её у кафе. Мы не встречались годами, но моё тело узнало её раньше меня.

Бруно снова разбил мне сердце, но в доме на окраине меня ждала не он, а его мать — в платье, не оставлявшем места воображению.

Шесть лет они делали вид, что ничего не происходит, когда их тела случайно касались друг друга. Этой ночью, пока город спал, ни одна из них больше не захотела притворяться.

Рената намазывала мне автозагар на груди, когда спросила, была ли у меня когда-нибудь женщина-любовница. Я покраснела как девчонка. Ответила, что нет.

Каждый раз, проходя мимо моего стола, она выбивала меня из колеи. Я и представить не могла, что одна оплошность выдаст все, что я к ней чувствую.

Я думала, что осталась одна за правкой текстов, пока её рука не легла мне на ногу, и тогда я поняла: перемена продлится намного дольше, чем я ожидала.

Вибрирующее яйцо было у неё внутри с того момента, как они вышли из отеля, и Лоренцо решал, когда ей кончать на глазах у всех. В ту ночь муж уже не был частью уравнения.