Соблазнение

Я считала часы всю неделю. Когда он вышел из дверей аэропорта, я поняла: эта ночь не будет похожа ни на одну другую.

Она пришла с рюкзаком на плече и заперлась в ванной. Когда вышла, её улыбка уже обещала, что этой ночью перевернёт всю мою жизнь.

Люсия отпустила штурвал, прижалась ко мне грудью, и я почувствовал, как она двигает бёдрами, ища то, что уже не могла скрыть под купальником.

До того как прозвенел звонок, я опустилась перед ним на колени на кухне. Я хотела открыть дверь с его вкусом на губах и встретить их с заговорщической улыбкой.

Я закинула ногу на ногу, расстегнула три пуговицы и не сводила с него глаз в зеркале заднего вида. До отеля оставалось полчаса, а я уже знала, что мы туда не доедем по‑человечески.

Всё селение закрыло глаза. Родриго просверлил дырку размером с горошину в ставне и прижался глазом. Он должен был увидеть её.

Сообщение пришло накануне ночью: «Завтра ты будешь моей учительницей. Принеси форму». Я застыла с телефоном в руке и не могла уснуть.

Я неделями ходила в один и тот же скучный спортзал, пока не появился его владелец: сорок с лишним, рельефные руки и спокойствие, от которого дрожат колени.

Я спустился на кухню, а она стояла там в незнакомой одежде — и когда, проходя мимо, коснулась моего плеча, во мне проснулось то, чему не было права существовать.

Мне было пятнадцать, и я не понимала, что вижу. Теперь, в двадцать два, каждое воспоминание о тех вечерах обретает совсем иной смысл.

Когда она при всех окликнула меня и попросила подвезти её домой, я понял: воскресенье не закончится обычным прощанием на парковке.

Когда мы сошли с самолёта в Илулиссате, мы и представить не могли, что инуитское гостеприимство включает открытую постель для гостей. Та ночь всё изменила между нами.

Я прижалась лбом к двери спальни, пытаясь не шуметь, и тут почувствовала его дыхание у себя на затылке и поняла, что этой ночью мы ещё не будем спать.