Andrés Villarreal

Когда я увидела, как он вошёл в бар со своими двумя друзьями, то поняла: этой ночью я не вернусь домой прежней. И не ошиблась.

Занавеска в дальней спальне плохо закрывалась, и голос, который я услышал, принадлежал не той Карле из нашего района, что каждое утро со мной здоровалась.

Я знала, что он вернётся поздно и в ярости от ревности. Я ждала его на кухне в чёрном кружеве. Когда дверь открылась, ночь только начиналась.

Я пришла в игру за друзьями. Осталась, потому что там были мужчины, которым нужно было то же, что и мне: что-то настоящее, без имени и без будущего.

Она вышла из ванной в белом пиджаке, который едва прикрывал нужное, с красной соской на губах и своей неизменной улыбкой. Я понял, что эта ночь будет особенной.

Услышав стоны, смешивавшиеся с шумом воды, я должен был развернуться. Но вместо этого пригнулся в кустах и подкрался ближе.

Когда я вошла в его квартиру, аромат свежесваренного кофе был единственным невинным, что там осталось. Я знала: прежней я уже не выйду.

Мы два года сидели друг напротив друга, не зная, что оба храним один и тот же секрет: параллельную жизнь, полную желаний, о которых никто бы не догадался.

Сандра никогда не удивляла меня так. Но тем днем в сосновой роще, когда Лусия и Маркос были совсем рядом, она решила, что время пришло.

Когда я увидел, как он поёт ей со сцены, я понял: эта ночь закончится так, как никто из нас не планировал.

Сообщение пришло накануне ночью: «Завтра ты будешь моей учительницей. Принеси форму». Я застыла с телефоном в руке и не могла уснуть.

Никто не ответил, когда я позвонил в дверь. Я вошёл, прошёл по коридору и, добравшись до гаража, застыл перед тем, что увидел.

Я шел без цели, когда он поднял голову со второго этажа и удержал мой взгляд так, словно знал раньше меня, чем все закончится — в его простынях.