Токийский гид, которого не было в контракте
Когда Aiko вошла в воду onsen обнажённой и без малейшей спешки, я понял: эта рабочая поездка закончится совсем не так, как значилось в контракте.
Когда Aiko вошла в воду onsen обнажённой и без малейшей спешки, я понял: эта рабочая поездка закончится совсем не так, как значилось в контракте.
В первую ночь я поклялся вернуться домой. На седьмой уже не помнил, зачем вообще покупал обратный билет. Вот что произошло между этими двумя ночами.
Мартин молча слушал, пока я рассказывала ему, что произошло с мужем моей матери. Той ночью я не спала, думая, как это сказать.
Во взгляде, который она бросила, уходя, было что-то, что должно было меня встревожить. Это была не злость раздражённой соседки. Это было обещание.
Началось всё во дворе университета, когда от удара в живот у меня перехватило дыхание и я почувствовала не только боль. С тех пор я не могла перестать искать её.
В тот день муж не пришёл на работу, а Родриго приехал один. То, что началось с пари и неловких вопросов, закончилось совсем не так, как я ожидала.
Мне не хотелось спать. Он подошёл сзади, поцеловал меня в шею и положил руки туда, где я уже не могла позволить себе стонать. Дверь в комнату всё ещё была закрыта.
Как только мы выехали с парковки, она запустила руку в штаны. Я поехал, выискивая первую же тупиковую дорогу.
Она вышла из ванной в белом пиджаке без ничего под ним и с красной соской-пустышкой между губ. В ту ночь я понял, что Camila пришла не угождать мне: она пришла повеселиться.
Мои подруги уже давно знали, что такое опыт, а я едва успела коснуться парня. В ту ночь в Медельине я наверстала всё разом.
Я толкнул дверь гаража и застыл. Моя мать и тётя, топлес, с забинтованными руками, готовые к бою.
Это было всего лишь реабилитационное упражнение, но когда София прижала бёдра к моим ногам и потянула мои руки, я понял: что-то обязательно пойдёт не так.
Я босиком прошла по коридору и прижала лоб к двери комнаты. Я знала, что он пойдёт за мной. И я точно знала, что он сделает со мной там.