SalvajeRodrigo

Лифт был старый и узкий, а она стояла прямо передо мной. Мне оставалось лишь завести руку сзади и молиться, чтобы её муж не отвёл взгляд от телефона.

Он месяцами делал вид, что её форма его не заводит. В тот день, с забинтованным бедром и моими дрожащими руками на её коже, я понял, что больше не выдержу.

Было шесть сорок. Она взглянула на часы, попросила остановиться у переулка и, прежде чем я успел что-либо спросить, уже целовала меня.

До моей поездки оставались дни, когда она позвала меня с невинной просьбой. Никто из нас не думал, что мы окажемся заперты в темноте и без одежды.

Когда моя мачеха заперла дверь спальни и начала расстёгивать блузку, я понял: это наказание не будет похоже ни на одну прежнюю нотацию.