БДСМ

Он сказал, что я смогу уйти, когда расплачусь с ним за долг. У той двери не было цепей, но мои ноги всё равно не сдвинулись с места.

Я увидел, как она руководит переездом этим хриплым голосом, и понял, что не смогу выбросить ее из головы. Я и не догадывался, что скрывает корсет.

Когда прохладный воздух ударил по моей обнажённой коже, я поняла, что мы не в комнате: он вывел меня в сад, связал и оставил в темноте, где меня мог увидеть кто угодно.

Каждая отметина от верёвок на моей коже приближает меня к пропасти. Но только они заглушают его голос... голос человека, которого я позволил умереть.

Сообщение пришло в полночь, и я прочитала его трижды, прежде чем показать мужу. Он не просил разрешения. Он отдавал указания, и я уже дрожала.

Я согласилась проехать сто километров ради него. Но не ожидала, что ночью в ванной отеля меня будет ждать баночка кайенского перца.

Она могла затуманить желанием целый город, но этой ночью именно Рената щёлкнула замком, спрятала ключ в карман и улыбнулась ей как влюблённая тюремщица.

Спускаясь в гостиничный спортзал, я не ожидал закончить ночь с опухшими костяшками и двумя чужими сломанными рёбрами. То, что произошло потом, было ещё хуже.

Месяцами ключ от моей клетки висел у неё на шее, напоминая, кто здесь главный. В тот вечер в кладовой она узнала, что власть меняет руки быстрее, чем кто-либо думает.

Он дрожал с подносом в руках, а юбка ползла по бёдрам, пока они пили и смеялись. В ту ночь он был не гостем, а игрушкой вечеринки.

Каждое утро она входила в здание, зная, что в ее руках — судьба каждого мужчины, переступившего этот порог. И ей это нравилось.

Каждое утро я надеваю кандалы, прежде чем выйти в поле. Меня никто не заставляет: я делаю это, потому что тяжесть цепи на щиколотках — единственное, что заставляет меня чувствовать себя живой.

Никогда не знаю, в какой позе окажусь, когда захожу в его комнату с веревками. Сегодня все было готово для подвеса, а на мне были лишь трусики, которые он собирался разорвать.

Неделями я представляла эти выходные: каждый приказ, каждое наказание, каждую сломанную границу. Я написала всё в сообщении и нажала отправить, не раздумывая дважды.

Я молча разделась, надела ушки и ошейник и скользнула в его кровать до того, как он проснулся. Я была ему слишком многим обязана, чтобы продолжать делать вид, будто просто хочу заботиться о нем.

Она неторопливо закинула ногу на ногу, чтобы он заметил черное кружево под платьем. Этой ночью командовать будет не он — хотя пока еще не подозревает об этом.

Много лет я была тайной своего отца. Мне казалось, я знаю правила этой игры, пока в ту ночь его друзья не вошли в спальню.

Пятьсот евро за удар туда, где больнее всего. Он согласился, уверенный, что три женщины не смогут причинить ему серьёзного вреда. Он ошибался.

Я стянул испачканные кофе штаны, уверенный, что это и есть мой звёздный час. Я не учёл, что ровно тогда в дверь войдёт её старшая сестра.

Я познакомилась с ней в приложении для чтения. Чёрные волосы, высокая, пугающе красивая. Я согласилась стать её сабой, потому что не верила, что такая женщина посмотрит на меня дважды.