Брат и сестра

Я знал, что не должен приподнимать простыню, не должен смотреть, но дождь бил в окно, а сестра глубоко дышала. Я опустил взгляд и понял: назад уже не вернуться.

Я дал ей разрешение выйти с обоими в один и тот же вечер. Когда она вернулась на парковку, на ней ещё были следы одного, а в семь тридцать её ждал другой.

Когда я вернулся из ванной, мои два брата прижали её в центре гостиной, и в её взгляде не было удивления — была улыбка, которая месяцами ждала этого момента.

Я желала этого с первых любовников и никогда не решалась сказать ему. В тот вечер, перед его камерой, я поняла, что мой брат тоже годами сдерживал то же самое.

Он появился на пороге без предупреждения, с видом драки и бутылкой под мышкой. В три часа ночи всё, что я знал о нём, перестало быть правдой.

Когда щётки мойки стерли внешний мир, моя сестра наклонилась над сиденьем, убрала волосы с моего лба и прошептала то, что я уже не мог игнорировать.

Я думал, что дома один. Но замок в двери щёлкнул слишком поздно, и, когда я поднял голову с дивана, она уже всё увидела.

Валерия села между Matías и мной без спроса. Когда она повернулась ко мне с той улыбкой, я понял: мы годами избегали неизбежного.

Когда моя сестра прошептала мне на ухо, чего хочет на самом деле, я понял: мы оба больше не способны делать вид, будто этого не существует.

В ресторане я попросил её вести себя как моя девушка. Она медленно пересела ближе. Никто из нас не сказал вслух, что это значит.

Я смотрел на неё через камеру и позвонил. Она не знала, что я наблюдаю. И всё же мы оба кончили одновременно.

Когда я предложила Валерии разделить моего парня и моего брата, она лишилась дара речи. То, что произошло потом в подвале, невозможно забыть.

Я толкнула дверь, задержав дыхание. Он спал на боку, простыня была спущена до талии. Если бы я ушла в тот миг, ничего бы не случилось. Я не ушла.

Мы месяцами делили запретную тайну между братом и сестрой. В тот вечер, пока она рассказывала всё, не отрывая рук от меня, камера показала то, что изменило всё.

Уже несколько недель я чувствовала, как он медлит с объятиями и как смотрит на меня, когда думает, что я не замечаю. Той ночью я решила перестать притворяться.

Когда в дверь вошёл старший брат, сожалеть было уже поздно. Я оказалась между ними, и желание победило стыд.

Я вошла в гостиную и застала его там — он ждал меня и что-то прятал за спиной. Его улыбка дала понять раньше слов: эта ночь будет совсем не обычной.

Когда я вошла в его комнату и увидела его с моим бельём в руках и моим именем на губах, я поняла, что назад уже не будет.

Я босиком прошла по коридору в три часа ночи, зная, что его дверь приоткрыта нарочно. То, что случилось потом, мы уже никогда не сможем назвать.

Когда она повернулась на каблуках, платье чуть приподнялось и показало точную линию, где чулок заканчивался и начиналась кожа. И тогда она попросила у меня массаж.