Нижнее бельё

Несколько месяцев назад я рассказала о первом тройничке Камилы. На этот раз, когда она снова села на мою кровать, я поняла: история будет ещё жарче.

Когда я передала ему сложенные, словно записку, танга, то поняла: пути назад нет. Оставалось лишь дождаться пятницы и открыть конверт, который он вернул мне на уроке.

Годами я возила в машине рюкзак со всем своим бельём — на всякий случай. В тот четверг момент наконец настал.

Я оставил машину в полуквартале, чтобы не шуметь. Дверь была незаперта, а свет выключен. То, что я увидел в конце коридора, изменило всё.

Я закинула ногу на ногу в нужный момент — и этого хватило, чтобы он перестал делать вид, будто не смотрит на меня. Дальше было только время.

У меня в одной руке было ее белье, а в другой телефон, когда я услышал, как открывается входная дверь. Камилла стояла там и смотрела на меня из коридора.

Когда на телефон пришло его сообщение, я уже несколько часов горела от желания. Я надела кружево, каблуки и ждала. В ту ночь я не собиралась спать одна.

До того как прозвенел звонок, я опустилась перед ним на колени на кухне. Я хотела открыть дверь с его вкусом на губах и встретить их с заговорщической улыбкой.

Я спустился на кухню, а она стояла там в незнакомой одежде — и когда, проходя мимо, коснулась моего плеча, во мне проснулось то, чему не было права существовать.

Когда Маркос описал, как оборачивает своих любовниц в пищевую пленку, мне пришлось сбежать в ванную. И не по той причине, о которой вы подумали.

Он предложил трахнуться, глядя на горизонт, пока всё поле принадлежало только нам и закат медленно угасал. Я не сомневалась ни секунды.

Когда Маркос позвонил мне с «идеальным планом», я и не думал, что закончу без рубашки, ставя всё на одну карту. Та ночь оказалась горячее, чем кто-либо ожидал.

Мы опубликовали объявление, не зная, чего ждать. Через две недели он позвонил в дверь ровно в десять — без телефона и часов, готовый служить.

Я месяцами молча хотел её, читал её личные сообщения и следил за каждым её шагом. Когда я назначил ей встречу в отеле в маске, она не знала, что это я.

Я поднялась в номер с сердцем в горле и красным кружевным комплектом под платьем. Диего больше не был голосом по телефону.

Когда я вышел из душа, Себастьян держал розовые вещи в руке и смотрел на меня так твёрдо, что я знал: отказаться не смогу.

Он попросил меня о быстром перепихе, пока я писала. Я вышла из ванной, пахнущая им, и надела кружевные чулки. Остальное я все еще смакую.