Воспоминания

Когда нас остановили в темноте, я думала только о побеге. Я и представить не могла, что спустя часы буду хотеть, чтобы это не заканчивалось.

Мне было девятнадцать, и я неделями нарочно его провоцировала. Я ни о чём не жалею.

Я ехала одна, в том самом платье, с которым у меня всегда проблемы. Он сел рядом в автобусе, и я с первой же минуты поняла: эта поездка не закончится так, как я планировала.

Они обещали, что это больше не повторится. Но когда Маркос пересёк зал и их взгляды встретились, обещание продержалось ровно три секунды.

Началось всё во дворе университета, когда от удара в живот у меня перехватило дыхание и я почувствовала не только боль. С тех пор я не могла перестать искать её.

Я приехала на эту виллу совсем недавно после расставания, без особых ожиданий. Уехала с воспоминаниями, которые месяцами не давали мне покоя.

Он был парнем моей лучшей подруги: красивый, застенчивый, религиозный. Слишком идеальный, чтобы я не захотела с ним что-нибудь сделать.

Мне было пятнадцать, когда я впервые застал их вместе. Сейчас, в двадцать два, я уже не могу смотреть на эти воспоминания по-прежнему.

Нам было по 19, когда Лаура решила научить нас целоваться. То, что началось как невинная игра, завело нас гораздо дальше, чем кто-либо мог представить.

Мне было семнадцать, и жара не давала уснуть. Я вошла в его комнату за водой и нашла то, что никогда не забуду.

Мой сын первым рассказал эту историю. Но настоящая правда — в той ночи, когда между нами не осталось запретных слов.

Поздним вечером, когда мы остались дома одни, мама начала рассказывать то, чего не должна была говорить. К тому моменту, как я захотел её остановить, я уже сам не хотел, чтобы она замолкала.

Я спускалась среди ночи к матрасу на полу, где он спал, залезала под простыни и оставалась там, пока он не заканчивал. Нас почти никогда не ловили.

Кровь стекала у меня по рваным колготкам, но я всё равно шла к его двери. Мне нужно было встретиться с ним взглядом и понять, взаимно ли то, что я чувствую.

Подняться на семь этажей пешком на каблуках — это вам не шутка. Чего я не знала, так это что консьерж уже неделями смотрел на меня как на обещание, которое вот-вот сбудется.

Края туфель протёрли мои колготки до крови, и каждый шаг горел, как епитимья, но я не остановилась, пока не нажала на его звонок.

Каждое утро я просыпаюсь с тем же огнём. Это не любовь, не совсем. Это нечто более срочное, и никакое облегчение не длится достаточно долго, чтобы погасить его.

Я знала, что это неразумно. Но всё равно обошла мост, спустилась по стене и нашла его спящим ровно там, где оставила.

Я пришла в игру за друзьями. Осталась, потому что там были мужчины, которым нужно было то же, что и мне: что-то настоящее, без имени и без будущего.