Табу

Я думал, это будет пятнадцатиминутная разборка. Но не учёл сумку, которую принесла Барбара, и женщину, в которую превратится та разъярённая мать.

Она спустилась вниз, ожидая торт и хор поздравлений. Вместо этого её ждали двенадцать свечей, двое молчащих мужчин и давно подготовленная месть.

В тот день в больнице моя мать взяла меня за руку и шепотом попросила о просьбе, которую я не ожидала услышать из ее уст.

Мы взяли два одноместных номера и без лишних разговоров распределили кровати. К одиннадцати все спали; в нашем номере мама начала задавать вопросы, которые ни одна мать не должна задавать.

Как только лифт закрывается, моя сестра целует меня так, будто всю неделю только этого и ждала. И, по правде говоря, мы оба ждали именно этого.

Когда я зашел в туалет, я и представить не мог, что там меня ждет ее мать, а у двери появится моя племянница с улыбкой, которая изменит все.

Мы всегда были самыми близкими в семье. И я никогда не думал, что один уик-энд с вином изменит всё между нами.

Я думала, это будет спокойный вечер перед телевизором, пока босая нога моей сводной сестры не поползла по моему бедру и один вопрос не изменил всё.

Днём — идеальная дочь, ночью — любовница собственной матери. Я научилась притворяться перед всеми, пока не вернулась сестра и мне пришлось выбирать между ними.

Первый раз я увидела его голым всего на несколько секунд, но этого хватило, чтобы разжечь запретное любопытство, которое я уже не смогла погасить.

Шесть месяцев свободы закончились звонком: отец возвращался домой. И им предстояло прятать под одной крышей огонь, который они уже не умели погасить.

Когда самолёт тряхнуло и она тяжело рухнула на меня, я почувствовал, как её бёдра прижались к моему телу. Никто из нас ничего не сказал, но что-то изменилось.

Я вырос, слушая её через стену и ненавидя каждого мужчину, проходившего через её постель. В ту рассветную ночь, когда в доме стояла тишина и по телевизору шёл футбол, именно она сократила расстояние.

Когда мой муж уехал и оставил меня наедине со своим отцом в загородном доме, я поняла, что его медленная улыбка была вовсе не невинной. А мне было слишком многое скрывать.

Я просто хотел попросить его убавить громкость порно. Никогда бы не подумал, что этот разговор закончится тем, что мы окажемся вдвоём на его кровати, безо всего между нами.

Когда она подвернула лодыжку, моя тётя не стала искать другой стул: она просто села мне на колени, прямо перед всей семьёй, и начала медленно двигаться.

Я построил бассейн для семьи, а не для этого: чтобы девушка моего сына подглядывала за мной из окна, пока я делал вид, что не замечаю, как у нее дрожат руки.

Мне исполнилось тридцать девять, и у меня был выходной. Я ждала любовника; тем, кто постучал в дверь поздним утром, оказался последний мужчина, которого мне следовало впустить.

Я знала, что мой парень в вечерней смене. Я постучала в дверь квартиры с бешено колотящимся сердцем, решив не уходить без того, что неделями представляла себе.

Я выключил телевизор, когда она ушла спать, но сцена всё повторялась у меня в голове — уже с лицом моей сестры вместо актрисы.