Молодые

На ней были 36-й размер, белые и идеальные ступни, и в тот день с сангрией я решил, что должен засунуть их себе в рот, даже если это будет при всех.

Он десять минут тайком пялился на мои ноги с автобусной остановки. Он и не подозревал, что я собираюсь затащить его ко мне и поставить на колени ещё до заката.

Когда я пошел на звук ее музыки к старому шкафу в своем кабинете, я не ожидал найти щели, прямо выходящие в раздевалку, где она раздевалась.

Я поднялась подышать, потому что не выносила жару. Услышала его шаги на лестнице и поняла, ещё до того как обернулась: этой ночью мне не уснуть.

Она вышла из ванной, увидела меня полуодетым в форме и сказала: «у тебя сильные ноги». Тогда я понял, что этот вечер не закончится как остальные.

Моя семья была этажом ниже, а я — одна в своей комнате, с телефоном у уха и его голосом, приказывающим мне делать то, на что я никогда не решалась.

Я неделями делала вид, что не смотрю на него. Той ночью, после пары лишних бокалов и в пустом доме, я перестала притворяться и спустилась по лестнице, ища его.

С размазанной тушью и слезами на щеках она взяла меня за руку и повела наверх, решив, что между нами больше не будет секретов.

Когда Валерия сказала, что ее три кузины ждут меня для празднования, я и представить не мог, что празднование — это проверка, годен ли я не только для бухгалтерии.

Я сел в машину, думая о своём рейсе. Три дня спустя, когда я вышел из самолёта, он уже ждал меня с предложением, от которого у меня вспотело тело ещё до того, как я закрыл дверь.

Я месяцами молча фантазировал о ней. В тот день, во время урока, она подняла глаза от книги и сказала мне: тебе надо быть аккуратнее с дверью в ванной.

С тех пор как я овдовел, мои племянницы и кузины окружили меня заботой. В тот день мы остались вдвоём у бассейна, и я понял: после этого между нами уже ничего не будет прежним.

Я писал его, думая, что его никогда не прочтут. В день, когда моя мать открыла тот блокнот, между нами уже не осталось пути назад.

Она закрыла дверь ризницы, положила свою ледяную руку на мою и сказала, что уже не девочка. Ветер выл снаружи, и я понял, что пропал.

Мы росли, делясь секретами под звёздами. В ночь, когда его отец уехал на смену, я обнаружила, что мальчик из моего детства стал совсем другим.

Я медленно поднималась по лестнице, зная, что он смотрит мне под платье, и впервые мне не было стыдно: мне ужасно хотелось, чтобы он увидел все.

Я никогда не носила стринги, но в тот день решила впервые надеть их прямо в самом людном месте рынка, где на меня не мог не смотреть никто.

Я открыла дверь, ожидая обычного продавца. Но не ожидала, что буду смотреть, как у неё сбивается дыхание каждый раз, когда мой халат распахивается чуть шире.

Полжизни я изучала, как она двигалась по дорожке. Но я не ожидала оказаться с ней наедине в раздевалке — без масок и без защиты.

Годами она побеждала, ничего не чувствуя. Пока девушка с трибун не выросла, не вернулась её соперницей и не предстала у её двери.