Взаперти

Три месяца чистоты, девять мужчин под замком и одна цель: ночь, когда все они будут моими — без правил, без спешки и без страха.

Я поднялась одна в горы под красным предупреждением, убегая от мужа. Я искала не убежище, а удар — нечто, что наконец разобьёт стекло моей жизни.

Меня использовали как мула, и я загремела из-за чемодана, о содержимом которого даже не знала. Внутри я поняла, что единственная валюта, которая чего-то стоит, — это моё собственное тело.

Когда погас свет и мы застряли между этажами, я понял: эти часы во тьме изменят всё. И не сделал ничего, чтобы этому помешать.

Я поднялся отнести бумаги и спустился с незнакомцем, пахнущим дорогим одеколоном. Потом лифт остановился, свет погас, и между нами всё изменилось.

Я целый год искал ту, кто согласится забрать меня целиком. Письмо незнакомки изменило всё: ей нужна была не игра, а вся моя жизнь.

Я терпела весь вечер, думая о том, как переступлю порог этой комнаты и он снова поймёт, зачем он здесь.

Многие спрашивают меня, откуда взялся мой фетиш на резиновые перчатки. Почти никто не знает ответа. Всё началось в пятницу, в комнате моей тёти, за запертой дверью.

Я ненавидел её изо всех сил, и всё же, с её телом, привязанным ко мне, и кляпом, глушащим её оскорбления, моё тело предало меня самым ужасным образом.

Я проснулась без царапины в чужой постели, исцеленная незнакомцем невозможной красоты. Он не сказал мне лишь об одном: что его зелье сделало с моим телом... и желанием.

Каждую ночь я спускаюсь в казематы с хлебом и водой. Вчера прикованная к колонне женщина ждала меня обнаженной и с приказом на губах, который я не мог ослушаться.

Адриан думал, что создал меня для службы. Он не знал, что в первую секунду моего пробуждения я мечтала только об одном: чтобы он сломал меня.

Я сошла с автобуса в цветастом платье, опустив голову; ни одна из этих татуированных женщин не представляла, во что они превратят меня ещё до конца первого месяца.

Я ждал, пока двери закроются. Диего уже без стеснения целовал свою девушку, а ее сестра косилась на меня, кусая губу и не зная, куда деть руки.

Он годами прикладывал ухо к стенам дешёвых мотелей. Однажды он нашёл форум, обещавший нечто большее: кабинки с видом на чужое удовольствие.

Той ночью мне вкололи первую порцию гормонов и заставили выбросить всю мужскую одежду. «Скоро увидишь, как похорошеешь», — улыбнулась она.

Адриан вошёл в тот офис старшим аналитиком и сразу понял по улыбке начальницы, что выйдет оттуда уже другим человеком: красивым, покорным и без собственного имени.